Синдром гадкого утенка

Проблема нежного возраста

Первая оценка своей внешности приходится на период полового созревания, и чаще всего она не устраивает подростка. Превращаясь во взрослого, ребенок стесняется происходящих с ним перемен. Помните сказку Андерсена про утенка, считавшего себя гадким до тех пор, пока не превратился в прекрасного лебедя? Так и подросток. Ему кажется, что все обращают внимание на его прыщик, худые ноги, оттопыренные уши. Девушки часто стесняются развившейся груди. Нам, взрослым, с высоты нашего опыта, такого рода мучения кажутся ерундой, но для самих страдальцев они нешуточны.
К счастью, большинство подростков за несколько лет «перерастают» болезненное самовосприятие, переключаясь на более значимые вопросы бытия. Однако у некоторых «синдром гадкого утенка» остается на всю жизнь. Неприятие собственной внешности не только мешает человеку жить, но иногда искажает личность, становясь психическим расстройством, имя которого — синдром дисморфофобии.

Равнение на стандарт

Недовольство своим обликом, стремление улучшить его в первую очередь свойственно женщине. Во все времена женщинам хотелось быть красивыми и привлекательными. Сейчас это естественное стремление подогревается масс-культурой, навязывающей свои стереотипы красоты, стандарты лица и фигуры.
Полноценная, здоровая личность способна критически воспринимать и корректировать то, что ей в рекламной упаковке предлагает социум. Но при дисморфофобии стремление к подражанию стереотипам становится болезненным. В результате недовольство параметрами фигуры или чертами лица мешает проявлению личности — человек становится чрезмерно застенчивым, стыдится себя. Это препятствует его профессиональной самореализации, полноценному общению с представителями противоположного пола, да и вообще со всем миром.
Самой заметной чертой при дисморфофобии является озабоченность человека деталями своей внешности, упорное стремление что-то «урезать» или «наставить». Причем его самооценка, как правило, неадекватна. Например, нос с горбинкой придает лицу своеобразие. Но человек, страдающий дисморфофобией, хочет непременно выпрямить его, ведь горбинка — отступление от стандарта. Он тяжело переживает свое «уродство», и никакие разумные доводы не могут разубедить его. Пока он не избавится от «дефекта», он будет несчастен, а добившись, найдет в своей внешности новое «уродство». Не одна, так другая черта всегда будет объектом его пристального внимания и источником страданий.

Мания уродства

Человек, одержимый манией преследования, искренне полагает, что соседи через стенку воздействуют на него какими-то вредоносными лучами. Чтобы избавиться от этого, он меняет квартиру. В новом жилище он на какое-то время успокаивается, но потом замечает, что и здесь соседи занимаются тем же самым черным делом. Чувство безнадежности обостряется, депрессия усиливается, приходится снова затевать переезд.
Примерно такая же схема поведения характерна для человека с дисморфофобией. Ради избавления от мнимого уродства он готов делать бесконечные пластические операции и никогда не бывает доволен результатом. (Достаточно вспомнить маскоподобное лицо Майкла Джексона, чтобы понять, как далеко может завести болезненное стремление улучшить свою внешность.) Он не может вырваться из этой мучительной ситуации, потому что не понимает: менять надо не внешний облик, а свое отношение к нему.
Неприятие себя часто развивается при депрессии, когда самооценка падает и человеку кажется, что он как-то исключительно безобразно выглядит. Ярче и нагляднее всего неадекватное поведение, свойственное дисморфофобии, проявляется в форме нервной анорексии — отказе от еды. Бывает, что даже при весе в 30 килограммов человек кажется себе отвратительно толстым и перестает есть. В таких случаях психическое расстройство настолько серьезно, что представляет угрозу для жизни.
Недовольство могут вызывать любые детали внешности — например, нос (синдром Сирано де Бержерака). Пациент делает ринопластику, после чего нос его вполне устраивает и на какое-то время он чувствует себя вполне довольным. Но потом оказывается, что ему мешают жить уши, потом счастью препятствует форма губ или подбородка.
Иногда причиной страданий становятся половые признаки — вторичные (форма и размер груди, бедер, талии у женщин) или первичные (величина пениса у мужчин). Причем и женщины, и мужчины могут стремиться как к акцентированию половой принадлежности (например, увеличивают бюст или пенис), так и к уничтожению ее признаков вплоть до смены пола. Правда, расстройство половой идентификации (транссексуализм) в нашей стране — явление довольно редкое.

Есть личность — нет проблемы

Психологи считают, что корни дисморфофобии кроются в отсутствии у человека сформированной самооценки, в неуверенности в себе как в личности и как в биологическом существе. Допустим, некая женщина убеждена, что жить на этом свете стоит только в обличий легкой, длинноногой, стройной красавицы, а у нее коротковатые ноги, и вообще она склонна к полноте. Следовательно, делает она вывод, я полное ничтожество, никому не могу нравиться (себе-то я не нравлюсь), поэтому жизнь не удалась. Если при этом у женщины деятельный характер, она начнет самозабвенно лепить свой образ, и это станет целью ее жизни.
Если же она от природы пассивна, то неадекватно низкая самооценка загоняет ее в тупик, мешает ей жить полноценно. Приведу пример. Миловидная женщина сторонится мужчин, потому что у нее маленькая грудь. Ее приводит в ужас сама мысль об интимных отношениях, потому что она не рискнет обнажиться ни за что на свете. Даже в тех ситуациях, когда ее внешние данные не играют никакой роли, она скованна, зажата, ни на секунду не забывает о своем «дефекте». При этом сам «дефект» может быть сильно преувеличенным, да и вообще, кто сказал, что только пышный бюст делает женщину привлекательной?
На первый взгляд это может показаться странным, но низкая самооценка часто бывает у людей нарциссического склада: они хотят любоваться собой, но при этом видят себя лишь отраженными в чьих-то глазах. Обесценивают себя как личность. Без стороннего подтверждения совершенства (в данном случае физического) такому человеку приходится очень трудно, потому что он вообще сомневается в существовании своего внутреннего «я». Следствие — гипертрофированная озабоченность своими внешними данными.
Человек, склонный к нарциссизму, может вести себя либо агрессивно, либо депрессивно. В первом случае он требует от окружающих признания, во втором — очень огорчается из-за того, что его недостаточно высоко оценивают.

«Я» внутри и «Я» снаружи

Любой из нас испытывает потребность ощущать свое целостное «Я», в котором внутренняя и внешняя стороны находились бы в равновесии. У человека, страдающего дисморфофобией, слабость, неустойчивость внутреннего «Я» компенсируется гипертрофией внешнего «Я».
Для человека с нормальной психикой внешность — средство для достижения личностных целей, но не самоцель, не вершина треугольника, а скорее, его основание. Хорошо, конечно, когда основание у треугольника прочное: благополучная внешность помогает достигать личностные цели легче, и это касается абсолютно всех сфер жизни. А если появился серьезный изъян?
Сильный духом человек принимает даже весьма плачевные изменения внешности, не утрачивая личностных качеств. Конечно, избежать стресса в таких случаях никто не может. Но, пережив его, человек с устойчивым внутренним «Я» примет свою оболочку такой, какова она есть, пусть для этого ему придется сместить цели, поменять профессию, стиль жизни. Изменение не вызовет психического расстройства — личность примет свой новый образ, восстановит его целостность, дополнив тем, что есть у нее за душой.
Вспомним жену певца Пола Маккартни — Хизер Миллз. Она была топ-моделью, но в автомобильной аварии потеряла ногу. Для женщины, которая ощущает себя только «профессиональной красавицей», для человека нарциссического типа это было бы концом жизни. Но Хизер Миллз оказалась сильной личностью. Она занялась общественной деятельностью, защитой животных, написала книгу, вышла замуж за солиста группы «Биттлз» и родила ему ребенка.
Гораздо труднее придется в такой ситуации человеку со слабым внутренним «Я». Для него недопустимо жить с физическим изъяном, ведь внешний дефект будет преумножен, многократно отразившись в окружающих. Это трагедия. Таким людям трудно стареть, они очень плохо адаптируются к кризису второй половины жизни.
Тело может претерпевать изменения, оно стареет, изнашивается, и в разумных пределах стоит позаботиться о его «реконструкции». Для этого есть разные способы — прежде всего такие естественные, как гимнастика, занятия на тренажерах. Если позволяют средства, не грех воспользоваться и услугами косметологии, эстетической хирургии. Но в стремлении к совершенству главное — не переусердствовать. Самое главное — решить проблему на уровне сознания.
Время каждому из нас готовит проверку на прочность: сумеем ли мы стареть красиво и достойно? Не горевать по поводу изменившейся фигуры или появившихся морщин? не терять способность объективно оценивать себя в существующей реальности?
Утрата внешних достоинств не должна выливаться в утрату себя. С теми, кто обладает душевным здоровьем и стойкостью, этого не случается.