Исцеляющая сила искусства

- Владимир Михайлович, принято считать, что восприятие искусства – дело индивидуальное. Как же вам удается использовать искусство для помощи больным?
- Я врач-клиницист с многолетним стажем и одновременно музыкант-импровизатор. Через мои сеансы арт-терапии прошли почти тысяча человек в клинике вирусных инфекций, в центре психологической помощи детям, страдающим заиканием, энурезом, неврозами, и в других местах. Сейчас работаю в Центре гепатита и СПИДа, а там, как вы понимаете, люди серьезные – даром тратить время не будут. Я стараюсь помочь человеку с помощью шедевров живописи, величайших музыкальных произведений, афоризмов, которые я собрал, и вся эта система работает. Арт-терапия – прежде всего психокоррекция, она помогает человеку преодолевать любые болезни и патологические состояния, особенно психосоматические заболевания, не говоря уже о душевных. Восприятие искусства у каждого человека действительно индивидуальное, и любые шедевры смогут оказать помощь лишь в том случае, если будут соответствовать психологическому состоянию человека. Это означает, что терапию искусством мы должны подбирать для каждого индивидуально. Для этого используется цветодиагностика – гениальный метод, созданный немецким психологом Максом Люшером на основе десятков тысяч наблюдений.

- Расскажите, пожалуйста, об этом методе.
- В основе метода Люшера – интуитивный выбор среди восьми цветных квадратиков. Вот они: красный, желтый, зеленый, синий, фиолетовый, коричневый, серый и черный. Выберите наиболее приятный для вас, наиболее комфортный.

- Ну, скажем, желтый. И что это значит?
-Первый выбранный цвет - это основной тип существования, общий сценарий жизни. Каждый цвет имеет определенную эмоциональную характеристику. Желтый цвет выбирают люди радостные, отзывчивые, полные надежд, желающие перемен. «Желтые» любят путешествовать, все время хотят куда-то ехать.
Теперь выберите самый приятный цвет из оставшихся. Теперь третий, и так до конца. Сделали? Так вот, оказывается, есть разные типы людей по выбору цвета. Я не говорю: лучше или хуже, они – разные.
«Красные» и «желтые» – экстраверты. Красный (в том числе и в одежде) предпочитают люди энергичные, живые, страстные. Это цвет триумфа, победы; триумф нужен любому человеку, но, к сожалению, очень часто нам его не хватает. Про желтый я уже сказал. «Зеленые» и «синие» – это интроверты. Выбор зеленого отражает внутреннюю гармонию, понимание, мудрость. «Зеленые» люди решительные, настойчивые, организованные. Все, у кого в первой тройке есть зеленый цвет, – они взрослые, структурные. Любой настоящий ученый – «зеленый», иначе он не сможет работать. Все не «зеленые» – это дети. В частности, и я. Почему-то я взял зеленый четвертым. «Синие» очень добрые, созерцательные, стремящиеся к покою. Синий цвет – это любовь.
И есть четыре темных цвета. Фиолетовый отражает мечтательность, воображение, коричневый – печаль воспоминаний, серый – апатию, отрешенность, и черный – трагичность, наличие неразрешимых проблем.
На каждом человеке как бы надеты очки определенного цвета, определяющие его самовосприятие и восприятие окружающего мира.

- Каким образом цветовыбор человека можно использовать для диагностики?
- Первые два цвета, которые вы интуитивно выбираете, характеризуют ваши желаемые цели и установки. Например, сочетание красного с зеленым часто встречается у бывших спортсменов-олимпийцев: это черты лидера, воля к достижению цели, уверенность в себе.
Последние два цвета – отрицаемые, они отражают эмоциональные проблемы. Цвета, попавшие на третье и четвертое место? – это эмоции, реально вами используемые, а пятое и шестое место – это нереализованные эмоции.
При гармоничном выборе четыре главных цвета занимают первые четыре места. Такого человека Люшер называет «четырехцветным». Темные цвета у него на последних местах. А вот если один из главных цветов оказывается в конце цветовыбора, значит, психологическая программа и эмоции, связанные с этим цветом, отрицаются. Это свидетельство внутренней напряженности, как и предпочтение темного цвета. Здесь уже есть поле деятельности для психотерапевта.

- О чем говорит отрицание какого-то главного цвета?
- Отрицание синего цвета может говорить о беспокойстве, страхе лишений. Отрицается зеленый цвет – значит, у человека затруднения, он опасается стесненности, зависимости. Желтый цвет в конце цветовыбора отражает потерянность, страх утраты, неверие в будущее.
Отрицание красного – это усталость, боязнь боли и раздражения. Когда мне сделали операцию, я долгое время не мог вообще смотреть ни на что красное.
Если у человека «ушли» красный и желтый цвета, это признак болезни. Человек, который все рисует в сине-фиолетовых тонах, почти наверняка страдает депрессией. А вот когда во время сеанса арт-терапии он увидел красные листья, значит, выздоравливает. У него интерферон поднимается, возникает терапевтический эффект.

- В чем же суть арт-терапии?
- Установлена важная закономерность: люди, отдающие предпочтение определенному цвету в тесте Люшера, выбирают совершенно определенный афоризм, картину и музыкальное произведение из множества предложенных.
Люди, поставившие на первое место черный и серый цвета, чаще всего выбирают картины с изображением человеческого лица, иногда скульптурным, но обязательно с закрытыми глазами. Это они так воспринимают мир. Мир их напрягает, он подошел слишком близко, несет человеку тревогу и опасность. И человек уходит внутрь себя. Он весь в своих проблемах, мир не существует для него.
«Коричневых» и «фиолетовых» часто привлекает изображение лунной ночи. Это «люди луны», для которых самое важное – память и фантазия, то есть ночные, теневые психологические сущности. «Красные» и «желтые» – это «люди солнца», они обращены в мир. На картинах они предпочитают образы слепящего солнца или залитой ярким светом комнаты. «Зеленые» и «синие» любят, соответственно, спокойное размышление и созерцание, зелень растений или небо и море.

- Какой эффект может дать музыкотерапия?
- По сути, нет такой болезни или болезненного состояния, где помощь музыкотерапии была бы излишней. У детей можно лечить функциональные заболевания нервной системы, неврозы, тревожность, заикание, энурез. Любые психологические и эмоциональные проблемы, а также заболевания с психосоматическим компонентом, например, астма, язвенная и гипертоническая болезнь поддаются воздействию индивидуально подобранной музыки. В больницах сеансы музыкотерапии помогают бороться с болями, наладить сон, снимают депрессию и страхи. У больных после инсульта быстрее возвращается речь, память. Но главное – музыка повышает настроение больного и лечит, согласно афоризму Наполеона: «В армии победителей раны заживают быстрее».

- Можно ли на конкретном примере показать, как работает метод арт-терапии?
- Ко мне привели 16-летнюю девушку, которая недавно была близка к самоубийству. Ее глаза смотрели внутрь, она была в оцепенении, с трудом говорила. В тесте Люшера она, конечно, первым выбрала черный цвет. Среди сотни репродукций указала на фотографию мраморной скульптуры «Скорбящая Пьета» Микеланджело, где Богоматерь с лицом, окаменевшим от горя, держит на руках тело Христа.
Я играл и спрашивал, что ей понравилось. Девушка выбрала Восьмую сонату Бетховена, созданную после того, как композитора постигло главное несчастье его жизни – глухота. Бетховен тогда едва не покончил с собой, но нашел спасение в своем искусстве. Нравились пациентке и другие трагические произведения – Апассионата, 2-й концерт Рахманинова. От более светлой музыки она настойчиво возвращалась к темным мелодиям глубинного страдания, но мы раскачивали маятник музыкального восприятия. Проходили месяцы, она снова приходила слушать музыку и постепенно менялась. Черный цвет в тесте Люшера уплыл на более низкое место. Вместо «Пьеты» было выбрано изображение какой-то прелестной ягодки в натюрморте. И сама пациентка из окаменевшего изваяния стала живой веселой девушкой, которой больше была не нужна музыкотерапия.