Тайны головного мозга

К сожалению, никто из нас не застрахован от воздействия сильного стрессорного фактора. Одна из первостепенных задач, стоящих сейчас перед медициной, - глубоко изучить механизмы такого воздействия, с тем, чтобы не допустить негативных последствий или свести их к минимуму. На этом пути особенно преуспели американские исследователи, приступившие к изучению проблемы около полувека назад.

Что такое ПТСР?

У современного технического прогресса есть, к сожалению, оборотная сторона - увеличение количества техногенных катастроф. Кроме того, чумой нашего времени стал терроризм. В ответ на эти вызовы возникла новая отрасль медицинской науки - медицина катастроф. А в науке ведутся многочисленные исследования, цель которых - изучить и облегчить последствия стресса, испытанного в момент катастрофы. Этот комплекс нарушений ученые называют посттравматическим стрессовым расстройством - ПТСР.
Казалось бы, если человек выжил, он должен радоваться и жить дальше. В действительности все намного сложнее. Даже однократное переживание крайнего ужаса может изменить биохимию мозга, делая людей более чувствительными к выбросам в кровь адреналина. Разрушительный эффект этих выбросов иногда сохраняется на протяжении десятилетий. Ученые считают, что чувствительность к выбросам адреналина - основной фактор в развитии ПТСР.
Впервые такое расстройство было описано в США после длительного изучения психического состояния солдат, вернувшихся с войны во Вьетнаме. Это заболевание поражает выживших в катастрофах, ветеранов войн, пострадавших от преступлений и многих других людей, оказавшихся под воздействием мощного стресса. ПТСР встречается примерно у 8% жителей США.
В России история изучения этого заболевания насчитывает не более пятнадцати лет. В начале 1990-х годов была открыта Лаборатория посттравматического стресса и психотерапии при Институте психологии РАН, создана лаборатория при академии управления МВД. В 1991 году в Москве было создано «Психологическое общество травматического стресса».

Мозг после стресса

Симптомы ПТСР выглядят так: пугающие воспоминания о травмировавшем событии, попытки избежать того, что напоминает о травме, ночные кошмары на тему пережитого. Часто наблюдаются истерия, тревога, гнев, депрессия, нередко больные испытывают чувство вины. Как говорит один из исследователей, «быть жертвой - это не значит пережить страшную ситуацию всего один раз; угнетенное состояние может сохраняться месяцы и даже годы после катастрофы».
Австралийский ученый-антрополог Стивен Джуан в книге «Странности нашего мозга» приводит данные разных исследований ПТСР. По его словам, есть доказательства биологической природы расстройства. Ученые заметили, что при стрессе изменяются определенные участки мозга. То есть речь идет о том, что жертвы разрушительных травм могут навсегда измениться биологически из-за неконтролируемого запредельного стресса.
Для исследования биологических последствий ПТСР ученые проводили опыты на животных. Удалось выяснить, что изменения затрагивают три области мозга. Во-первых, голубое пятно - структуру, регулирующую производство гормонов катехоламинов (к ним как раз относится и адреналин), которые мобилизуют организм при появлении опасности. При ПТСР голубое пятно проявляет излишнюю активность (как бы с запасом), и гормонов вырабатывается очень много даже тогда, когда человеку ничто не угрожает.
Во-вторых, при стрессе растет выброс в кровь другого гормона - кортикотропина, количество которого регулируется участком мозга, связывающим гипофиз с гипоталамусом. При ПТСР его также производится слишком много - неадекватно реальной ситуации.
В-третьих, гиперактивность проявляет и опиоидная система мозга, которая призвана притупить восприятие, вызывающее острую боль. При ПТСР «анестезия» чувства боли и других чувств зачастую приводит к так называемому эмоциональному отупению. Люди теряют способность испытывать любовь, сочувствие, сострадание.
Чем сильнее травма, тем вероятнее возникновение посттравматического стрессового расстройства. Однако ученые бьются над загадкой, почему одни люди могут пережить тяжелую ситуацию и сохранить душевное здоровье, а другие получают серьезную психологическую травму после безобидных для других эпизодов вроде застревания в лифте. И еще: почему у некоторых симптомы проявляются очень долго - до 40 лет, а у других вскоре исчезают, иногда после терапии, а иногда и сами по себе?
Ученые обнаружили ген, от которого зависит, насколько тяжелыми окажутся последствия пережитого человеком стресса. Оказывается, вариации гена, с которым связано поддержание уровня нейромедиатора серотонина в нервных клетках, определяют вероятность развития ПТСР.
В значительной степени на способность пережить сильное потрясение влияет участок гена, кодирующего белок SLC6A4, который является переносчиком особого вещества - серотонина, и с которым связана эмоциональная окраска восприятия какой-то информации. Серотонин (его еще называют «гормоном радости») - вещество, необходимое для передачи нервного импульса внутри мозга, точнее, из других отделов мозга внутрь лимбической системы, отвечающей в числе прочего и за эмоциональную сферу. В этом процессе участвуют белки-переносчики серотонина, и при их недостаточной активности нервная система не может функционировать нормально.
Сложная структура этого белка кодируется геном, который имеет участок, обозначаемый учеными как 5-HTTLPR. Этот участок у каждого человека свой: генетики совместно с психиатрами сравнили два варианта - S и L. У тех, кто имел S-вариант гена, ПТСР развивалось чаще, чем у обладателей L-варианта.
Однако генетический фактор лишь повышает риск, но однозначно не указывает на обязательное развитие ПТСР после травмирующего события. Известно, в частности, что наличие в прошлом нескольких сильных стрессов (например, в детстве и во взрослом возрасте) играет здесь большую роль, чем генетическая предрасположенность.

«Побочные» пострадавшие

Тяжелую психологическую травму получают и те, кто, не участвуя непосредственно в трагедии, потерял в ней родственников и друзей. Группа ученых из Миннесоты сделала вывод, что люди, потерявшие близких в катастрофе, крайне уязвимы из-за внезапности и беспощадности этого события. Серьезному психологическому риску подвергаются сотрудники служб, которые первыми появляются на месте трагедии или помогают выжившим и родственникам погибших. Риск увеличивается, если работники мысленно ставят себя на место жертв или слишком долго трудятся, превышая порог своей психологической выносливости. Так, после катастрофы на Саяно-Шушенской ГЭС попал в больницу с сердечным приступом человек, руководивший ликвидацией последствий аварии.
Психологи, оказывающие поддержку скорбящим, при частом и тесном общении с пострадавшими испытывают депрессию, ощущение беспомощности, нарушения сна. Таким работникам подчас самим требуется терапия. Тут необходима многоступенчатая система помощи. Видимо, простых решений в таких ситуациях нет и быть не может.
Сильные расстройства возникают и при долгом несправедливом тюремном заключении, например у политических заключенных или военнопленных. Среди американских военных, попавших в плен во время корейской войны, девять из десяти страдали ПТСР на протяжении 35 лет после освобождения. Их отличали отдаление от близких, подозрительность, тревожность и глубокая депрессия.
«Вьетнамский синдром» - беда и нашего общества. После афганской и двух чеченских войн появилось много людей с травмированной психикой. Исследования в России показали, что среди ветеранов войны в Афганистане у 17% отмечается ПТСР, а первой чеченской кампании - у 19%. Вспомним такие художественные фильмы, как «Брат» или «Мой сводный брат Франкенштейн», рисующие психологический портрет личности, пострадавшей в локальных конфликтах.
К несчастью, реальна в нашей стране и угроза терроризма. 29 марта в московском метро произошли взрывы, как громом поразившие население столицы. Помимо сочувствия жертвам и их родным, все без исключения в эти дни испытывали сильный страх - за себя и близких. Этот страх вопреки логике и здравому смыслу провоцировал на не вполне адекватные поступки; отказ от поездок в метро и вообще на транспорте; подозрительность, а иногда и насилие по отношению к людям неславянской внешности. Именно иррациональность поведения указывает на то, что здесь проявляются последствия сильнейшего стресса, с которыми бывает трудно бороться.
Вместо того чтобы отсиживаться дома, специалисты советуют преодолеть боязнь транспорта. Уклоняясь от поездок, можно развить в себе настоящую фобию, которая, расширяясь, будет включать все новые запреты.
Что касается ксенофобии, то ей не место в цивилизованном обществе. Подобная персонификация зла лишь усиливает напряженность, что, в свою очередь, создает почву для новых психических расстройств.
Разумеется, самый сильный шок пережили участники и очевидцы трагедии. Если не удается справиться с ним самостоятельно, лучше всего обратиться к психологу - специалисту по ПТСР. И помните: чем раньше начато лечение, тем быстрее оно принесет эффект.
Реабилитация людей с посттравматическим стрессовым расстройством - дело трудное. Однако ученые, занимающиеся этой проблемой, убеждены, что понимание процессов, происходящих в мозге после стресса, поможет создать надежные способы лечения, способные повернуть изменения вспять.