Картошка вылечит язву желудка

По телевизору ли новости смотрю, так прямо в экран тапком запустить хочется. Или жена не то что-нибудь скажет — я на нее, как ураган, налечу, обругаю почем зря. Потом, конечно, прощения прошу. Как помиримся, она мне часто с укором говорила: «Ты бы, Васенька, к психотерапевту, что ль, записался, уж больно ты нервный!». А как тут не быть нервным, ведь ясно же — язвенный больной. Не зря врачи считают, что все болезни — от нервов, тем более такая закавыка как язва. Она меня изнутри точит, а я своим норовом ее еще провоцирую. А что делать-то, как эту дрянь побороть? Лечили меня, конечно, — и в больнице, и в санатории, но никак до конца вылечить не могли. Сейчас, говорят, антибиотики хорошо от язвы помогают. Так вот, мою язву и они не брали. Никакой управы на нее, проклятую, не было. И, может, я так бы до сих пор со своей язвой и маялся, если бы не мешок картошки. Какой? А вот такой.
Мне сейчас почти 48 лет, а у меня еще дед жив, герой войны, партизан, бывший фронтовик. Ему уже 89-й год идет, а он — молодец, крепкий еще, в деревне живет. Я к деду езжу два раза в год, в мае и осенью. На майские праздники приезжаю, это же дело святое — с Днем Победы деда поздравить, подарки привезти. Опять же, надо ему помочь картошку посадить. Ну, а потом я его в ноябре навещаю, продукты из города к зиме привожу. И вот полтора года назад, осенью, я в очередной раз к нему приехал и не удержался, выпил лишку с дедом за встречу. Ну, язва моя не дремала – так она меня сразу тогда скрутила, что я аж выл от боли. «Вызывай, дед, «скорую», — ору, — помираю!». А дед и ухом не ведет. «Небоись, не помрешь, — спокойненько так мне отвечает и достает бутылку с какой-то мутноватой влагой. Наливает немного в стакан и протягивает мне. «А ну, — говорит, — выпей-ка вот этого». Я совсем струхнул, думаю, дед мой тронулся, самогонкой меня уморить хочет. Отталкиваю стакан, а он опять подносит его к моим уже совсем помертвелым губам и настойчиво требует — пей! Чувствую по запаху: не самогон это, сырой картошкой пахнет. Глотнул — точно, картофельный сок. Ну, выпил я его залпом и отрубился. Через какое-то время отдышался, чувствую — полегчало! Я у деда еще один стакан прошу. «Ишь ты, какой нетерпеливый, — усмехается дед. — Это тебе не самогонка, стакан за стаканом гнать не впрок. А лучше я тебе свою историю расскажу, ты вот послушай».
И дед мне рассказал, как он партизанил, и однажды ему пришлось почти что в одиночку всю зиму прятаться в лесу, в землянке. А перед этим он сумел захватить из деревни мешок картошки, вот ею одной и питался несколько месяцев. На костре в котелке варил, да и сырую ел. И вот что удивительно: у деда еще до начала войны, чуть не в подростковом возрасте врачи обнаружили язву желудка. Сильно она ему докучала, даже в семейной жизни мешала. Дед женился рано — в 19 лет и из-за язвы почти ничего не ел. Жена его все дохляком звала, а потом и вовсе сбежала с ребенком на руках — моим малолетним отцом. И вот после того как дед зиму поневоле просидел на картофельной диете, у него к весне уже и живот болеть перестал, и аппетит появился. А потом, когда немцев прогнали и дед в город к врачам попал, его обследовали, даже рентген сделали и подтвердили, что действительно язва была, но совершенно зарубцевалась. Вот такая история.
Ну что мне оставалось делать после этого? Я сказал себе — все! Чем я хуже деда? Он не по своей воле одной картошкой питался и вылечился, а я — по своей воле лечиться ею буду. Так что вернулся я домой с мешком дедовой картошки за плечами. Жена, конечно, обрадовалась, но я ей сразу с порога сурово так заявил: «Это тебе не десерт, это — лечение! А картошку ты и в магазине купишь!». Она сначала не поняла, обиделась, подумала — опять я дурю, характер свой гадкий выказываю, а потом узнала про деда, разобралась, подобрела. А когда я в комбайне целую трехлитровую банку картофельного сока натер и стал пить понемногу, так совсем размягчилась, гладит меня по плечу и все повторяет: «Какой ты у меня, Васечка, молодец! Теперь-то ты точно язвочку свою залечишь и подобреешь!».
И что вы думаете? Так оно и случилось. Я эту дедову картошечку и вареную, и сырую натертую с оливковым маслицем наворачивал, и галушки из нее ел, вот только жареную
— никогда! Почти что ничего, кроме нее, родимой, я в прошлую зиму и не потреблял. И вот вам, пожалуйста, результат: язва моя рубцуется удачно — так мне врач заявил, и УЗИ это же подтверждает, и поправился я на целых пять кило, а главное — действительно характер у меня изменился. Я и на телевизор теперь спокойно реагирую — думаю, ну что же теперь делать? Будь что будет, с нами Бог! И жена мне все больше и больше нравится. А она-то, моя рыбонька, ну прямо расцвела за последнее время. Вещей новых себе накупила, прическу соорудила — не узнать, новую косметику завела, в общем, правду говорят — в 45 баба ягодка опять!
Так что жизнь у нас только теперь и началась. И все это — из-за мешка дедовой картошки, дай Бог ему здоровья и долгих лет жизни!